Два шествия как политический барометр: Церковная Москва окончательно потеряла Киев | Вести Украина

Два шествия как политический барометр: Церковная Москва окончательно потеряла Киев

1532982258_2

То, что два шествия — УПЦ МП и УПЦ КП и УАПЦ — посвященные 1030-летию Крещения Руси, будут очередным боем за Украину между Москвой и Киевом, не сомневался никто. Так оно и случилось. Результат этого поединка был известен заранее, и увиденная картинка это подтверждает: Киев наконец объединил усилия, пошел в наступление и побеждает.

Чтобы понимать, что же произошло в столице Украины в минувшие пятницу и субботу, следует ненадолго оглянуться в прошлое. О конфликте между УПЦ Московского патриархата (которые, однако, никогда этого уточнения не используют, тем самым настаивая на своей каноничности и единственно возможной легитимности) и УПЦ Киевского патриархата с периодическим участием Украинской автокефальной православной церкви, известно немало. В 1990-е борьба между церквями была такой же «злой», как и сами годы — с открытым противостоянием и драками. Но отсчет «борьбы за Крещение» следует вести с времен Ющенко: в 2007-м в этот день были устроены определенные публичные и достаточно многолюдные — гуляния, очевидно, в качестве некой «арт-подготовки», а 25 июля следующего года Виктор Ющенко издал указ, которым официально назначил 28 июля Днем Крещения Киевской Руси.

Неизвестно, с какой горы «скатилась» эта инициатива: то ли с Банковой, где как раз увлеклись идеей создания поместной церкви и таким способом пытались «отжать» выдающуюся дату у Москвы, пока та и сама чего-то не придумала, то ли из Кремля, где таким образом решили вживить в украинское пространство еще одну платформу для продвижения идей «русского мира» и «единства с братским народом». Так или иначе, но праздник, который номинально задумывался как повод для примирения и единения украинских церквей хотя бы раз в год, в реальности стал днем соревнований в рамках церковного раздора. При этом следует заметить, что эта дата довольно искусственная: 28 июля (15 июля по старому стилю) — день смерти князя Владимира, то есть день его памяти, а не светлый праздник. Когда на самом деле крестили Русь, точно неизвестно.

Празднование 2008 года — 1020-летие Крещения Руси — было новым, помпезным и важным для страны. В Киев приехали и Вселенский Патриарх, и российский Патриарх Алексей II, которые, безусловно, переговорили об «украинской проблеме» и даже вроде бы договорились об определенном «статус-кво» в обмен на поддержку Москвой задуманного Константинополем Всеправославного собора. Уже тогда было видно, что «первую скрипку» в новом празднике играет Московский патриархат (во главе УПЦ МП в те времена был в целом проукраинский митрополит Владимир), по крайней мере именно под него была «заточена» официальная программа. Но то были лишь «цветочки» — «ягодки» же в полную силу проявились через пять лет, в 2013-ом.

1025-летие Крещения Руси уже само по себе было весьма странной датой — и далеко не «круглой», но, видимо, очень нужной Москве, которая тогда была на пике своей современной мощи. И Кремль воспользовался «праздником» на полную, пройдя по Украине, как бульдозер, и всячески давая знать, что эта «корова» его, и он ее будет «доить». Местная Украинская православная церковь Московского патриархата в качестве хозяйки праздника осталась разве что «для галочки», поскольку на первый план бесстыдно высунулась РПЦ, глава которой — в то время уже Патриарх Кирилл — «приветствовал» верующих с развешенной страной рекламы, как у себя дома. Понятно, что не прибыть в Киев собственной персоной он не мог. Вместе с ним в Киев прилетел и российский президент Владимир Путин. Украинскому главе Виктору Януковичу была отведена роль некоего статиста: Путин даже не стал с ним особо «светиться», отдав в разы больше времени мероприятию, организованному «Украинским выбором» кума Виктора Медведчука. Примечательно, что аккурат перед тем Янукович ярко «прогнулся», передвинув День украинского флота с первого воскресенья июля на последнее, чтобы он совпал с Днем «братского» флота России, поэтому даже празднования де-факто стартовали не в Киеве, а в «городе русской славы» Севастополе, куда дружно полетели оба президента.

Крещение Руси-2013 было безоговорочным триумфом России. Но Киевский патриархат тоже не оставил эту дату без внимания и организовал собственные торжества — в стороне от официальных. И нельзя не обратить внимания на следующий момент: тогдашнее празднование наглядно продемонстрировало, что он набирает мощь, становясь силой для сплочения верующих и нерелигиозных людей, которые не собираются жить под Москвой. Да, он не был «обласкан» властью, но прекрасно держал удар самостоятельно.

Празднования этого года — уже 1030-летия Крещения — показали, что ситуация изменилась коренным образом. Во-первых, Москва была максимально отстранена от организации празднования и хотя, безусловно, имела какое-то влияние, однако оно было радикально ограничено. Голос Патриарха Кирилла, который было вздумал пожаловаться, мол, в такой светлый день не может провести молебен в Киево-Печерской лавре, утонул в информационном шуме. УПЦ МП после смерти митрополита Владимира сильно «качнулась» в пророссийскую сторону, конечно же, сделала все, чтобы «выдать на гора» приличную картинку, и в целом с этой задачей справилась. Пусть не вводят в заблуждение подсчеты полиции с 20 тысячами участников и церковные с 250 тысячами: очевидно, что людей у митрополита Онуфрия смогли собрать побольше, чем заявили правоохранители, и значительно меньше, чем заверили в самой церкви. Но размах уже однозначно не тот. Что и не удивительно — и это второй важный момент — ведь официальная власть, в отличие от предыдущих празднований, не просто не поддержала украинский филиал РПЦ, но и демонстративно встала на сторону ее конкурентов.

То, что в субботу, 28 июля — на следующий день после «московского» крестного хода — на Владимирской горке готовится что-то грандиозное, можно было догадаться еще накануне вечером, когда на Софиевской площади начали ставить сцену с огромным экраном и звукоусиливающую аппаратуру, а на подходах к памятнику Владимиру Великому появился кордон правоохранителей — последнее произошло около 20:00. Случайные прохожие тогда связали такие спецмероприятия с многолюдностью грядущего события и террористической угрозой. Хотя то, что на крестном ходе будет сам президент, тоже можно было предугадать, ведь он в последнее время достаточно однозначно высказал свою позицию и дал понять, с кем и в каком направлении будет двигаться дальше.

Организация крестного хода 28 июля дает четко осознать, что Киевский патриархат сейчас на взлете и чувствует себя достаточно уверенно. Понятно, что со стороны церкви было сделано все, чтобы превзойти акцию Московского патриархата и тем самым показать, кто сейчас хозяин на днепровских холмах. Поддержка государства тоже сказалась: фактически это был не первое для УПЦ КП мероприятие такого масштаба, где ей приходилось не отвоевывать место под солнцем, а быть главными на празднике. Флаги, военные капелланы в одинаковых мундирах, ветераны АТО и немалое количество молодежи в рядах — все должно указывать на то (и, наверное, указало), киевское православие переживает своеобразный ренессанс.

Официально в мероприятиях 28 июля приняло участие от 65 тысяч (данные правоохранителей) до 200 тысяч верующих (данные церкви). Примечательно, что «разлет» данных в этом случае хоть и значительный, но, все же, значительно меньше, чем в случае с УПЦ МП. Что, наверное, вызвано тем, что одной стороне не было нужды преуменьшать количество участников, а другой — преувеличивать. Сколько же на самом деле было «ходоков», также неизвестно, но в целом церковные спикеры поспешили заверить, что это была самая многолюдная акция последних лет.

Еще один чрезвычайно важный момент субботнего празднования — участие в мероприятиях Украинской автокефальной православной церкви, включая ее главу митрополита Макария. Несмотря на то, что эта церковь не такая мощная, как «сестры», ее значимость не следует преуменьшать. Во-первых, своим участием УАПЦ, продемонстрировала, что в украинском православии наметились тенденции к взаимопониманию и объединению, причем эти процессы более глубокие, чем просто формальное произнесение вместе с Филаретом обращения к Вселенскому Патриарху о предоставлении УПЦ Томоса об автокефалии. Во-вторых, таким образом «автокефалы» дают понять, что им удалось как-то договориться с «киевлянами», и что последние вообще договороспособны. Это важный «звоночек» для той части клира УПЦ МП, которые в обозримом будущем — а в этом уже нет сомнений — захотят присоединиться к единой поместной церкви. В-третьих, своим участием они заявили, с кем теперь выступают одним фронтом, и, таким образом, у кого теперь сила.

Ну и, наконец, надо обратить внимание на то, что происходило за публичными кулисами праздника: визит делегации Вселенского патриархата и перспективы предоставления Томоса — то есть документа, который фактически признает, опишет и утвердит автокефальный статус УПЦ и запустит процессы создания поместной церкви. Объявление Томоса 28 июля, как того хотел украинский эстеблишмент, не будет, это было понятно еще накануне. Во-первых, не все необходимые процедуры со стороны Константинополя завершены, а без них никуда. Во-вторых, Вселенский патриарх — не та фигура, а предоставление независимости украинской церкви — не тот вопрос, чтобы подстраиваться под прихоти киевских политиков или духовенства. Но делегация от Патриарха Варфоломея все равно принесла «благую весть» — как, очевидно, и планировалось. Ее от имени Вселенского патриарха зачитал епископ Эдмонтский УПЦ в Канаде Иларион: «Признавая высокую ответственность первопрестольной Константинопольской церкви, которая никогда не переставала и не мирилась перед незаконными и неканоническими ситуациями, которые потрясали естественное функционирование православной церкви, и в эти ответственные времена она взяла на себя инициативу восстановить единство православных верующих Украины с конечной целью даровать украинской церкви автокефалию».

Таким образом, все, что произошло в Киеве под предлогом — прикрытием — Дня Крещения Руси, свидетельствует: позиции Москвы, которые долгое время казались незыблемыми, пошатнулись, и процесс, скорее всего, необратим. Да, она еще имеет большой ресурс и способна «огрызаться», устраивая «показательные выступления», не в последнюю очередь благодаря усилиям своих агентов влияния типа Вадима Новинского. Но все это уже — лишь шумовая завеса, информационная агония. Церковная Москва потеряла Киев, а без этой «колыбели» и ей самой цена — если не рубль, то червонец. И хотя теоретически откат все еще возможен — в случае прихода к власти реваншистских сил — Константинополь, наверное, успеет официально взять под свое крыло украинское православие и ввести новую поместную церковь равную среди равных в семье других четырнадцати церквей. А дальше процесс станет необратимым. Ведь свобода не забирается, да и любому украинскому правителю независимая украинская церковь куда удобнее, чем управляемая из-за поребрика.



Monobank [CPS, API] UA


Вам понравиться


Мы в Facebook